Елена Шварц Редакторы: П. Успенский и А. Шеля Издатели: Л. Родичева и Е. Сенаторова Танцующий Давид. С.16-17; март 1975 1975 Невидимый охотник Может быть — к счастью или позору — Вся моя ценность только в узоре Родинок, кожу мою испещривших, В темных созвездьях, небо забывших. Вся она — карточка северной ночи: Лебедь, Орел, Андромеда, Возничий, Гвоздья, и гроздья, и многоточья... Ах — страшны мне эти отличья! Нет, не дар, не душа, не голос — Кожа — вот что во мне оказалось ценнее, И невидимый меткий охотник, Может, крадется уже за нею. Бывают такие черепахи, И киты такие бывают — Буквы у них на спине и знаки, Для курьезу их убивают. Не на чем было, быть может, флейтисту, Духу горнему записать музы́ку, Вот он проснулся средь вечной ночи, Первый схватил во тьме белый комочек И нацарапал ноты, натыкал На коже нерожденной, бумажно-снежной... Может, ищет, — найдет и срежет. (Знают ли соболь, и норка, и белка, Сколько долларов стоит их шкурка?) Сгниет ли мозг и улетит душа... Но кожу — нет! — и червь не съест, И там — мою распластанную шкурку, Глядишь, и сберегут как палимпсест Или как фото неба-младенца. Куда же мне спрятаться, смыться бы, деться? Чую дыхание, меткие взоры... Ах, эти проклятые на гибель узоры. Март 1975